Углеродный налог особенности, значение и возможные последствия для экономики

Самое главное по теме: "Углеродный налог особенности, значение и возможные последствия для экономики" актуальное в 2019 и 2020 годах понятным языком для непрофессионалов.

Углеродный налог

В этом месяце Россия должна принять решение о ратификации Парижского соглашения, которое обяжет страну ввести в последующем углеродный сбор — плату за выбросы парниковых газов. Мы уже писали об опасениях отечественного бизнеса на этому поводу. По разным оценкам, ущерб от введения углеродного налога может составить от 40 до 100 миллиардов долларов. И, кажется, в правительстве вняли этому доводу предпринимателей.

Как утверждают “Известия”, ссылаясь на конфиденциальный источник в Кабмине, ратификация будет отложена минимум до 2020 года. Мнения экспертов, дискуссия в прессе и публичные заявления бизнесменов и политиков как за, так и против углеродного сбора склонили руководство страны к мысли повременить с ратификацией. Видимо, во внимание были приняты и протесты Российского союза промышленников и предпринимателей, и чисто политические резоны. Россия не раз становилась жертвой собственного энтузиазма, с которым она стремилась “быть вместе со всем цивилизованным миром”, а потом обнаруживала, что “цивилизованный мир” видит в ней не столько партнера, сколько конкурента, который открылся ему своей уязвимой стороной.

В исследовании, подготовленном этим летом Институтом проблем естественных монополий (ИПЕМ), отмечается, что во введении углеродного сбора заинтересованы далеко не все страны мира, а лишь те, которые стремятся ограничить импорт энергоресурсов, — это главным образом страны Западной Европы. Соответственно, “равные обязательства” стран-импортеров и стран, добывающих ископаемое топливо, производящих энергоемкую продукцию, дают неоспоримое преимущество экономике первых. Не говоря уже о том, что борьба с “перегревом планеты” совпадает с экономическими интересами компаний, специализирующихся на производстве оборудования для возобновляемой энергетики.

Таким образом, основные российские экспортеры промышленных товаров первого передела (нефти, газа, металлопроката, удобрений) оказываются “на другой стороне баррикад”. Это мнение генерального директора ИПЕМ Юрия Саакяна приводят “Известия”. Ограничения, налагаемые на промышленность, означают для одних государств всего лишь прекраснодушную декларацию и даже немалые выгоды, в то время как другие страны столкнутся при исполнении требований Парижского соглашения с реальным падением ВВП. Согласно этому документу, отчисления от углеродного налога будут аккумулироваться в международном Зеленом климатическом фонде, а затем распределяться среди развивающихся стран для адаптации к глобальному потеплению. Вопрос: получит ли Россия доступ к ним? — остается открытым. Во всяком случае, до момента ратификации он остается не проясненным.

По словам Юрия Саакяна, введение углеродного налога означает массовые сокращения на множестве предприятий страны. “Разные отрасли пострадают по-разному, но больше всех — энергетика, затем нефтегазовая отрасль, цветная и черная металлургия, угольная промышленность”. Не надо быть экспертом, чтобы заметить: Кузбасс — весь в этой “расстрельной обойме”.

Судя по всему, заявления глав угольных регионов, в том числе Амана Тулеева, а также письмо Александра Шохина Владимиру Путину, в котором изложена консолидированная позиция РСПП и содержится требование тщательного анализа готовности экономики к углеродному сбору, были услышаны в руководстве России. Как сообщают “Известия”, ведомству вице-премьера Александра Хлопонина, курирующего недропользование, поручено подготовить и предоставить правительству до конца года оценку влияния на российскую экономику последствий ратификации Парижского соглашения.

Кузнецкий рабочий, 13 сентября 2016 года

Углеродный налог может подорвать экономику Восточной Сибири

Углеродный налог может стать оброком в частности для населения Восточной Сибири в виде высоких цен на энергию и подорвать экономику нескольких регионов.

Такие прогнозы прозвучали на форуме «Экономические и экологические последствия международных природоохранных соглашений для России» в Москве 17 марта.

Агентство «Регнум» приводит мнение доктора политических наук, действительного члена Академии геополитических проблем Владимира Павленко. Он считает, что Парижское соглашение, по итогам которого предложено ввести углеродный налог для стран-экспортеров топлива, включая Россию, не опирается ни на какой научный фундамент и отражает не объективную реальность, а представляет субъективные интересы определенных внешних (глобальных) и внутренних групп и сил.

[3]

Согласно мнению экспертов, участников форума ратификация Россией Парижского соглашения будет иметь самые негативные последствия для экономики и экологии страны, а сама идея «антропогенного глобального потепления» за много лет не получила научного подтверждения. В ходе переговоров по международным климатическим соглашениям игнорируется мнение значительной части научно-экспертного сообщества России, в частности заключение Российской Академии наук о несостоятельности гипотезы «антропогенного глобального потепления». Благодаря использованию сомнительной методики оценка поглотительной способности бореальных лесов России оказалась заниженной в десятки раз. Это превращает Россию из страны экологического донора в страну экологического «паразита» и ставит ее в равные условия с главными мировыми странами-загрязнителями. Подобные проекты создают экономические риски для России. Так ранее вследствие подписания и ратификации Монреальского протокола был нанесен много миллиардный ущерб российской экономике, а целые её отрасли оказались разрушены.

Напомним, о губительных последствиях введения углеродного налога для Сибирских регионов уже заявили главы Кузбасса и Хакасии. Так, по словам Амана Тулеева, установить цену в 20 долларов за тонну углекислого газа, который выбрасывает угольная генерация, приведет к тому, что угольные ТЭЦ, ГРЭС встанут, окажутся закрытыми десятки шахт и разрезов, сокращение грозит 140 тысячам шахтёров, а во всех отраслях, связанных с углепромом, возникнет кризис и произойдет неизбежный рост тарифов на энергоресурсы в Сибири в 1,6-2,5 раза. Итоги декабрьской Парижской климатической конференции не стоит воспринимать буквально, тем более по отношению к Сибири.

«Взять Сибирь: мы, наоборот, поглощаем CO2. Выбрасываем всего 5%, а остальное поглощают деревья, наши леса. Поэтому надо думать, а не выступать со своими узковедомственными отраслевыми интересами», — сказал губернатор Кузбасса.

Углеродный налог и Россия

p, blockquote 1,1,0,0,0 —>

p, blockquote 2,0,0,1,0 —> p, blockquote 3,0,0,0,1 —>

(Пока оценок нет)

Последствия уклонения от налогов

Почему уклонение от налогов беспокоит правительства всех стран мира? На первый взгляд, ответ очевиден: налоги – во все времена основной источник доходов любого государства. Если доходы укрываются от налогообложения, это, прежде всего, означает недостаточные поступления в бюджет, а значит, невозможность финансировать в полной мере государственные программы: производство общественных благ, выплату социальных пособий, пенсий и пр. Однако если бы проблема заключалась только в этом, ее несложно было бы решить. В самом деле, в любом обществе большинство экономических агентов – честные налогоплательщики. Достаточно увеличить налоговые ставки, чтобы собрать запланированную сумму доходов в бюджет только с тех, кто платит. Вместе с тем, такое решение вопроса могло бы еще больше ухудшить ситуацию. Во-первых, рост налогов может изменить решение части (прежде) честных налогоплательщиков, и увеличить тем самым долю уклоняющихся. Во-вторых, слишком высокие налоги могут сделать невыгодными определенные виды бизнеса, привести к закрытию предприятий, переносу их деятельности в другие отрасли или даже в другие страны. В-третьих, и без того неравномерное распределение налоговой нагрузки, которое возникает в результате уклонения от налогов, в таком случае только усугубится.

Читайте так же:  Когда возможен перерасчет коммунальных платежей

Неравномерность фактического распределения налоговой нагрузки и есть главная проблема уклонения от налогов. В то время как честные налогоплательщики несут нагрузку в полной мере, для тех, кто уклоняется, она фактически нулевая. Это значит, что не выполняется важнейший критерий эффективной налоговой системы – относительное равенство налоговых обязательств. В частности, нарушается горизонтальное равенство: люди, находящиеся в одинаковом положении с точки зрения номинальных (доналоговых) доходов, оказываются в разном положении после уплаты налогов.

Кроме того, неуплата налогов имеет своего рода мультипликативный эффект. Известно, что чаще всего уклоняются от налогов самозанятые работники. Это и понятно – гораздо легче скрыть индивидуальную трудовую деятельность, особенно в сфере услуг, чем, например, работу машиностроительного или металлургического предприятия. Но отдельные работники, уклоняющиеся от налогов, косвенно ухудшают положение других работников в своей отрасли. Поскольку им не нужно платить налог, они могут снизить цены на свои услуги. Если, например, маляр делает ремонт в квартире без оформления договора и не платит налог, его расценки ниже. Честному маляру, который платит налоги, приходится также снижать цену, а значит, его доход сокращается не только за счет налога, но и за счет падения цен. Таким образом, горизонтальное неравенство еще более усугубляется.

Кроме перераспределительных проблем, важны и вопросы эффективности. Уклонение от налогов вызывает дополнительные расходы как со стороны нарушителей закона, которые предпринимают специальные меры, чтобы не быть пойманными, так и со стороны властей, которые вынуждены тратить общественные средства на выявление налоговых преступлений и реализацию наказаний.

Факторы, определяющие уклонение от налогов

Коль скоро уклонение от налогов вызывает серьезные проблемы в экономике, снижая ее потенциальную эффективность и препятствуя социально справедливому перераспределению доходов, необходимо прежде всего понять, какие причины лежат в основе этого явления. Чтобы разработать экономически обоснованную политику, противодействующую уклонению от налогов, нужно определить, что влияет на сам факт уклонения и на его масштабы.

Рассмотрим поведение налогоплательщика в рамках неоклассической модели выбора на примере подоходного налога. Для простоты предположим, что ему доступны лишь два решения – либо полностью декларировать весь полученный доход и платить налог, либо полностью его скрывать. Последнее решение, как нетрудно понять, сопряжено с риском: в случае обнаружения, нарушитель закона подвергается штрафу. Поскольку речь идет о ситуации неопределенности, задача налогоплательщика записывается в терминах ожидаемой полезности. В случае уклонения от налога, его ожидаемая полезность равна:

(6.7)

где E(U) – ожидаемая полезность, Y – объем полученного дохода; F– величина штрафа в случае, если нарушитель будет пойман; р – вероятность быть пойманным.

Для функции полезности верны обычные предположения:

(6.8)

То есть, в основе модели лежит предпосылка о том, что типичный индивид в экономике отличается рискофобией, одинаковые абсолютные приращения дохода приносят ему большую или меньшую полезность, в зависимости от того, каков его общий уровень дохода. Функция полезности типичного индивида-рискофоба представлена графически на рис. 6.12. Кривая выпукла вверх, тогда как для нейтрального к риску индивида она бы приняла форму прямой линии.

Задача налогоплательщика сводится, таким образом, к сопоставлению уровня ожидаемой полезности при уклонении от налога (6.7) и уровня полезности при условии честного поведения, когда весь доход декларируется и налог выплачивается полностью (6.9). Во втором случае речь идет, как нетрудно понять, об определенной ситуации:

(6.9)

где t – ставка подоходного налога (налог предполагается пропорциональным).

На рис. 6.12 представлены различные сочетания дохода и уровня полезности, доступные индивиду. Если он решит честно платить налог, его доход будет в точности равен (1 – t)Y, и он достигнет полезности U1. Если же он будет скрывать свой доход от налогообложения, то теоретически возможны любые варианты, начиная от точки В, где доход равен (Y-F), а полезность – U2, до точки D, в которой доход и полезность максимальны (Y и U0, соответственно). В точке В его преступление обнаруживается с вероятностью 1, в точке D – с вероятностью 0. Все остальные точки на отрезке BD отличаются лишь значением р, т.е. (неизвестной для индивида) вероятностью быть пойманным, которая уменьшается при движении слева направо.

Понятно, однако, что для максимизирующего полезность индивида выгодны лишь те сочетания (Y, U), которые принесут ему ожидаемую полезность выше, чем в случае честного поведения. Так, чтобы достичь той же величины полезности U1, которой с гарантией

Рис. 6.12. Модель уклонения от налога с учетом риска

достигает законопослушный налогоплательщик, в случае уклонения от налогов ему нужно обеспечить ожидаемый доход Y*. При этом важно отметить, что для рискофоба всегда верно:

(6.10)

Неравенство (6.10), по сути, и есть условие неприятия риска: бо́льший по размеру доход, но сопряженный с неопределенностью его получения, приносит ту же полезность, что меньший, но гарантированный уровень дохода. Для уклоняющегося от налогов индивида область выгодных возможностей сужается таким образом до отрезка CD.

Из этой простой графической интерпретации модели уклонения от налогов можно сделать несколько выводов, важных для политики:

  • 1) чем больше люди опасаются риска, тем меньше будет уклонение от налогов. Высокий уровень рискофобии формально означает более выпуклую кривую полезности, а значит меньшее расстояние между Y* и Y, которое представляет пространство выгодных решений для тех, кто скрывает доходы;
  • 2) чем выше вероятность р выявления налоговых преступлений, тем меньше, при прочих равных условиях, их число. Действительно, увеличение вероятности быть пойманным перемещает положение индивида на отрезке BD влево-вниз, а значит, выводит из области выгодных решений, где Y > Y*;
  • 3) ужесточение наказания также снижает налоговую преступность. Рост величины F (штрафа) до F’ в модели означает поворот отрезка BD на графике и соответствующий ему рост величины У* до Y**. Тем самым, сокращается пространство выгодных решений, как и в первом случае.

[1]

Если уровень рискофобии в обществе – величина в некоторой степени заданная, хотя и неодинаковая в разных странах в силу исторических и культурных различий, традиций, отношения к религии, то другие два параметра модели – р и F – могут быть инструментами целенаправленной политики, препятствующей укрыванию доходов.

Читайте так же:  Документы для перерегистрации оружия

Очевидно, вероятность выявления преступлений во многом зависит от направляемых на эти цели общественных ресурсов – нужно оплачивать работу сотрудников налоговой службы, аудиторов, закупать технику, вести базы данных. Рост расходов на эти цели, в принципе, позволяет увеличить число выявляемых нарушений, но, как всегда, остается открытым вопрос: до какой степени стоит наращивать затраты общественных средств. Увеличение F, т.е. размера наказания, не вызывает дополнительных затрат, если речь идет о штрафе, наоборот, сами штрафы пополняют бюджет. Однако ситуация меняется, если в качестве наказания выбирают лишение свободы – ведь содержание тюрем и колоний требует значительных общественных расходов.

Представленная выше простая модель уклонения от налогов дает, казалось бы, очевидный ответ на вопрос о роли еще одного важного параметра – собственно налоговой ставки, t. Рост t в этой модели увеличивает расстояние между Y* и Y, а значит – и масштабы уклонения. Существует весьма распространенное в обществе мнение о том, что высокие налоговые ставки сами по себе и есть основная причина сокрытия доходов, ухода экономики «в тень». Вместе с тем, более сложные модели уклонения от налогов (см. цитировавшиеся выше работы) показывают, что влияние налоговой ставки нельзя оценить однозначно. Реакция индивида на повышение величины t вызывает известные эффекты дохода и замещения, действующие в противоположных направлениях. Поскольку налог растет, увеличивается соблазн скрывать доходы, избегая тем самым существенных потерь. Однако штрафные санкции, как правило, также растут с ростом ставок [7] . Значит, и ожидаемый ущерб в случае выявления преступления возрастает. Таким образом, исходя из теории, нельзя предложить однозначные рекомендации в отношении величины налоговых ставок. Эмпирические оценки влияния налоговых ставок на масштабы уклонения также дают противоречивые результаты.

Углеродный налог: особенности, значение и возможные последствия для экономики

Предыстория такова: утвержденное 195 странами мира в декабре 2015 года соглашение вступит в силу после ратификации не менее чем половиной участников, ответственных за 55 процентов глобальных выбросов. Документ призван заменить Киотский протокол. Главная цель нового соглашения — добиться значительного снижения выбросов парниковых газов, чтобы не допустить повышения средней температуры на планете к 2100 году более чем на два градуса Цельсия по сравнению с началом XX века.

Для этого, в частности, предлагается собирать ежегодно 100 миллиардов долларов с развитых стран на мероприятия по смягчению последствий глобального потепления и развитие энергоэффективных технологий. Россия предварительно взяла на себя обязательство сократить выбросы СО2 в атмосферу к 2030 году на 30 процентов по сравнению с 1990 годом.

Цель заявлена благая — считается, что резкое изменение климата может повредить человечеству, по крайней мере, в отдельных регионах Земли. Вместе с тем в мировом и российском экспертных сообществах до сих пор нет единого мнения о причинах глобального потепления и способах борьбы с ним. Спектр суждений невероятно широк: начиная с того, что периоды потепления и похолодания — естественный циклический процесс, над которым человек не властен, и заканчивая тем, что именно антропогенное воздействие является главной причиной глобального потепления.

За прошедший век средняя температура воздуха действительно выросла на 0,74 градуса, но так ли это критично? К примеру, данные, полученные на основании анализа льдов Антарктики, показывают, что в последние 420 тысяч лет средняя температура на Земле колебалась в пределах 12 градусов.

— Если хотите что-то лечить, поставьте сначала правильный диагноз. Надо определиться, что действительно наносит вред окружающей среде, — считает гендиректор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов. — Достаточно вспомнить опубликованные в СМИ документы, в которых говорилось, что данные измерительных климатических станций подтасовываются, чтобы оправдать теорию глобального потепления. На самом же деле никакого единства ученых на этот счет нет. Наряду с теорией глобального потепления есть и теории глобального похолодания, но они не вписываются в мейнстрим и отбрасываются.

Если говорить об углекислом газе — одном из названных виновников парникового эффекта, то здесь зачастую происходит грубая подмена понятий. Такие выбросы называют вредными, хотя по факту CO2 особого вреда человеку и природе не наносит. Похоже, не все помнят, что углекислый газ — это то, что мы выдыхаем, он необходим при фотосинтезе, росте растений. Так можно дойти до того, что мы начнем призывать людей меньше дышать. Фиксируем: этот вопрос не имеет никакого отношения к борьбе за охрану окружающей среды.

Выбросы CO2 в атмосферу природными источниками больше антропогенных примерно в 20 раз. Считается, что деятельность человека усиливает природную активность. Самыми крупными «загрязнителями» в этом смысле называют Китай, США, Индию и ЕС, и лишь следом со значительным отставанием идет Россия.

При этом на нашу страну приходится четверть мирового лесного покрова, а леса, как известно, активно поглощают СО2. По оценкам отечественных ученых, Россия тем самым полностью нивелирует все произведенные на ее территории выбросы парниковых газов. Правда, по методологии Межправительственной группы экспертов по изменению климата (МГЭИК) при ООН, доля их природного поглощения лесов составляет всего 15 процентов. Разница в оценках связана с тем, что эксперты ООН учитывают в качестве лесов только деревья высотой от двух метров с определенной плотностью. В результате не принимается в расчет российская лесотундра и лесостепь. Во-вторых, 30 процентов всех лесов РФ отнесены к неуправляемым и тоже не принимаются во внимание, что, конечно же, не мешает им поглощать СО2. Наконец, МГЭИК практически не принимает в расчет поглотительную способность торфяных болот, степей и лугов, которыми наша страна тоже богата. То есть по факту наша богатая растительностью природа CO2 поглощает, а на бумаге — нет. Но это же абсурд!

При должном желании и настойчивости Россия могла бы повлиять на изменение методик ООН, в противном случае стране придется взять на себя чрезмерные ограничения. К примеру, сейчас, чтобы достигнуть заявленной цели по снижению выбросов, в России в числе прочих обсуждается идея введения углеродного налога на вырабатываемые парниковые газы. Чуть ли не налог на выдох. На начальном этапе он может составить 15 долларов США за тонну СО2. По самым скромным подсчетам (при нынешнем курсе валюты), это приведет к росту цен на электричество на оптовом рынке примерно в два раза, тарифы на тепло вырастут в полтора раза. Замещать мощности угольной энергетики сторонники налога предлагают за счет увеличения выработки на ГЭС и АЭС, строительства новых станций. Однако сделать это быстро не получится — требуются многомиллиардные вложения, взять сегодня которые неоткуда.

Читайте так же:  Выдача трудовой книжки при увольнении по тк рф процедура и сроки выдачи

— Пока я вижу много спекуляций вокруг темы глобального потепления, из-за чего могут быть приняты поспешные решения, носящие дискриминационный характер, в том числе введение так называемого углеродного налога на выбросы. С точки зрения борьбы за климат он нам не поможет, — уверен Константин Симонов.

Отметим, что в Австралии в 2014 году углеродный налог был отменен спустя всего четыре года после введения предыдущим правительством, так как кроме вреда для экономики он ничего не принес. Жителей Зеленого континента сложно заподозрить в наплевательском отношении к вопросам охраны окружающей среды, поэтому, не исключено, России стоит внимательнее присмотреться к их опыту, чтобы не наступить на те же грабли.

«Подводные камни» Парижского соглашения: как «плата за углерод» скажется на российской энергетике

Фонд национальной энергетической безопасности (ФНЭБ) подготовил аналитический доклад о перспективах новых климатических инициатив на саммите G20, развивающих Парижское соглашение по климату, и рассмотрел возможные последствия введения «налога на углерод» для российской экономики. Forbes приводит основные тезисы доклада.

Парижское соглашение по климату, принятое в декабре 2015 года, после 2020 года станет продолжением и развитием Киотского протокола 1997 года — предыдущего международного документа, регулировавшего глобальные выбросы вредных веществ. Центральный аргумент в пользу ограничения выбросов углерода — антропогенное воздействие на климат и опасность глобальных климатических изменений, в частности — глобальное потепление.

Целью Парижского соглашения является «укрепление глобального реагирования на угрозу изменения климата в контексте устойчивого развития и усилий по искоренению нищеты» посредством трех следующих направлений:

  • ограничение прироста мировой температуры ниже чем на 2°C к доиндустриальному уровню и стремление к его ограничению на уровне 1,5°C;
  • повышение способности приспосабливаться к неблагоприятным воздействиям изменения климата и развитию при низком уровне выбросов парниковых газов;
  • перераспределения финансовых потоков в развитии тенденции, характеризующейся низким уровнем выбросов и сопротивляемостью к изменению климата, т.е. сокращению использования традиционных видов топлива и развитие «зеленой» энергетики.

Риски Парижского соглашения

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

Большинство стран мира, в том числе и Россия, подписали новый климатический договор в апреле 2016 года, однако, по мнению экспертов, ратифицировать его можно, лишь тщательно просчитав все риски для экономики. Кроме того, решение Дональда Трампа о выходе США из Парижского соглашения сильно повлияло на расстановку сил в климатическом вопросе. Официальная позиция Трампа состоит в том, что Парижское соглашение и ограничения в энергетике к 2025 году могли бы стоить США 2,7 млн потерянных рабочих мест и нанести удар по ряду важных отраслей экономики. К 2040 году выполнение климатических обязательств сократит производство бумаги на 12%, цемента — на 23%, стали — на 38%, угля — на 86%, природного газа – на 31%. К этому времени потери ВВП составят уже $3 трлн, а потеря рабочих мест — 6,5 млн.

При подготовке Парижского соглашения особо стал выделяться вопрос о введении «платы за углерод», который станет принципиальным вопросом для создания глобального рыночного механизма по сокращению выбросов. Таким образом, существует вероятность, что что следующим этапом развития Парижского соглашения будет введение подобного налога.

«Плата за углерод»

Так, уже в повестку саммита G20, прошедшего 7-8 июля, вошла тема изменения климата и разработка необходимых финансовых инструментов и экономических стимулов. Правительствам стран G20 необходимо предпринять активные коллективные усилия по развитию глобальных механизмов ценообразования на углерод, а также согласовать «конкретные и амбициозные сроки» для поэтапного отказа от т.н. субсидий на ископаемое топливо. В исследовании отмечается, что основное направление борьбы за климат нацелено на введение жестких ограничений для производителей и потребителей традиционных видов энергоносителей.

Сейчас есть два основных рыночных механизма по сокращению выбросов, взаимосвязанных между собой — во-первых, так называемый «углеродный сбор», т.е. прейскурант на определённый объем выбросов углекислого газа. Уже в 2015 году на конференции ООН по климату в Париже было выдвинуто предложение о широком внедрении в мире платы за выбросы углекислого газа. «Углеродный налог» рассматривается как механизм по сокращению выбросов и источник наполнения Зеленого климатического фонда объемом $100 млрд в год, предназначенного для помощи и адаптации развивающихся стран к изменениям климата. После 2020 года потребность фонда в финансировании возрастет до $450 млрд.

В ряде стран были попытки ввести налог на углерод. Так, Австралия вводила углеродный налог в 2012 году и отменила его через два года, потому что он наносил урон экономике страны. В июне текущего года Палата представителей Конгресса США проголосовала против введения углеродного налога, в резолюции говорится, что он не соответствует интересам государства.

Во-вторых, появляется еще один механизм — становится возможной торговля квотами, если право на выбросы определяется в конкретном объеме, а затем квоты на дополнительные выбросы могут докупать те, у кого имеется их недостаток. Продавать собственные квоты смогут государства, которые создали их избыток.

По данным доклада, в России «плата на углерод» обернется для граждан сильным ростом инфляции и, прежде всего, существенным увеличением расходов на коммунальные ресурсы, в частности, за теплоснабжение и электроснабжение: после введения «сбора на углерод» цена на электроэнергию и тепло в России может вырасти более чем в два раза.

Что касается компаний, то для одного только «Газпрома» величина нового налога может составить после 2020 года более $1,6 млрд (согласно «Экологическому отчету ОАО «Газпром» за 2014 год», выбросы CO2-экв. у компании составили около 110 млн т). При этом, как утверждается в подготовленном при поддержке Фонда имени Фридриха Эберта исследовании WWF «Цель России по парниковым газам на 2020 год», для «Газпрома» вряд ли стоит ждать в ближайшие годы значительного снижения парниковой эмиссии. Соответственно, «углеродная» нагрузка на компанию после 2030 года возрастет уже до $3,8 млрд.

Невостребованный потенциал украинского углеродного налога

Промышленные выбросы СО2, бытовое отопление и выбросы транспортных средств являются основными составляющими парниковых газов и главной причиной угрозы глобального потепления. Мощным инструментом для решения этой и других экологических проблем может стать введение экологической налог овой реформы. Поэтому налог овая политика государства должна быть согласована с экологической политикой.

Читайте так же:  Стипендия правительства рф условия получения и документы для оформления

Налоги, в свою очередь, должны реализовывать основную функцию государства — обеспечить право человека на здоровую окружающую среду, которая постоянно нарушается в условиях рыночной экономики.

Проведение экологических налоговых реформ получило большую поддержку в Европе в 90-х годах. Основная идея состояла в том, чтобы перенести налоговую нагрузку с труда, как основного фактора производства, на использование природных ресурсов, производство экологически вредных товаров и видов деятельности. В государствах Евросоюза идеи зеленых налоговых реформ встретили по разному.

Некоторые страны, такие как Дания, Финляндия, Германия, Нидерланды, Швеция и Соединенное Королевство ввели экологические налоги и использовали дополнительные налоговые поступления для финансирования снижения ставок налогов на труд или личный доход, с целью повышения занятости. В то же время они приняли меры в виде снижения ставок или схем возврата, чтобы защитить товаропроизводителей от негативного влияния на конкурентоспособность из-за повышения себестоимости.

Экологические налоги всё чаще рассматриваются, как действенные инструменты для улучшения состояния окружающей среды и решения многих экологических проблем. Сегодня в Украине экологическому налогу не уделяется должное внимание. Общий уровень налоговых поступлений от экологических сборов в Украине не достигает и 1% ВВП. Нашей целью было обосновать необходимость и актуальность экологического налогообложения.

В Украине, большое внимания было уделено моделированию ситуаций и созданию проектов по определению экономического и социального значения различных вариантов экологических налогов. Налоги являются наиболее общеизвестными экономическими инструментами для охраны окружающей среды. Они могут обеспечить стимулы, для уменьшения давления на окружающую среду и способствовать её сохранению. С тех пор, как налоги стали влиять на установление цен на негативные последствия для окружающей среды они превратились в инструмент для осуществления принципа «Платит загрязнитель».

Одной из составляющих экологического налогообложения является налог на двуокись углерода. Он уже прошёл испытание во многих странах Европы и показал себя как эффективный инструмент для сокращения выбросов. Так же этот налог в странах, где был введен, оказался серьёзным источником пополнения государственного бюджета. Полученные от углеродного налога деньги позволили ряду стран Европейского союза снизить ставки пенсионных сборов. В странах ЕС-27 в 2009 году, доходы от экологических налогов составили 2,43% ВВП и 6,1% от общих налоговых доходов.

Украина ввела углеродный налог в 2011. Стартовая ставка была установлена 0,20 грн. за тонну CO2. В 2011 году по прогнозам, Украина могла получить «за углерод» при ставке 0,2 грн. не больше 0,005% ВВП. При повышения ставки налога кроме роста доходов бюджета произойдёт стимулирование предприятий и населения менять своё отношение к ископаемым источникам энергии, как дорогим инструментам для получения собственной прибыли. Что касается рисков потери конкурентоспособности национальной промышленностью при условии увеличения ставки экологических налогов, то по этому поводу есть достаточно примеров успешного внедрения экологической политики в странах Европы.

Таким образом, не следует пренебрегать скрытым потенциалом углеродного налога. При разумном распределении налоговой нагрузки на товаропроизводителей и домашние хозяйства он может во-первых — стать значительным источником пополнения бюджета Украины, во-вторых — будет стимулировать предприятия к использованию менее энергоемких и более чистых технологий, и в-третьих — как итог, приведет к уменьшению выбросов в атмосферный воздух парниковых газов. На фоне этих изменений можно получить повышения уровня и качества жизни населения.

Влияние налогов на экономику

Государство может устанавливать налоги по разным причинам: от перераспределения доходов населения до устранения внешних экономических эффектов. Воздействие налогов можно рассматривать как намикро-, так и намакроэкономическомуровнях.

С точки зрения макроэкономики

Снижение налогов стимулирует рост как совокупного спроса, так исовокупного предложения

Чем меньше налогов нужно платить, тем больше располагаемого дохода у домохозяйств для потребления. Таким образом, растёт совокупное потребление, а следовательно, и совокупный спрос. Поэтому, правительства снижают налоги, когда проводят стимулирующую экономическую политику, то есть когда целью государства является вывести страну из днаэкономического цикла. Соответственно,сдерживающая экономическая политикаподразумевает повышение налогов, с целью устранения «перегрева экономики».

Фирмы воспринимают повышение налогов как дополнительные издержки, что приводит к тому, что они сокращают предложение своего товара. В общем, сокращение предложений фирм ведёт к сокращению совокупного предложения. Таким образом, размер налога обратно пропорционален величине совокупного предложения. Зависимость между внедрением налогов и состоянием совокупного предложения подробно описал в своих работах экономический советник Президента США Рональда РейганаАртур Лаффер, ставший основателем теории «экономики предложения» («supply-side economics»).

Чем грозит неуплата налогов

Оглавление

Какие бывают налоговые санкции

Чем грозит неуплата налогов

Уголовная ответственность за неуплату налогов

Платить или не платить?

Неуплата налогов – одно из самых распространенных экономических преступлений. Особенно часто грешат организации, ведь у них больше возможностей, чем у частных лиц для сокрытия доходов. Но и обычные люди прилагают множество усилий, чтобы если не полностью уклониться от уплаты налогов, то хотя бы их недоплачивать.

Подобную позицию можно понять. Организации стремятся увеличить свою прибыль, пусть даже и за счет неуплаты налогов, уводя экономическую деятельность в тень. Частные лица тоже заинтересованы в повышении своих доходов, тем более, что то, на что уходят налоги, не является очевидным: человек попросту не видит то, что он получает взамен отданных в качестве налогов денег. Ну а позиция большинства проста: не вижу – значит, не существует. Поэтому очень полезно узнать: чем именно грозит неуплата налогов, какие именно законы нарушаются. Ведь, экономя на налогах и поднимая таким образом свой доход, в результате можно получить совершенно нерадостный результат. Возможно, узнав о такой возможности, неплательщики налогов задумаются – а стоит ли этот доход подобного риска? Может быть, проще и безопаснее все же заплатить налоги.

Ответственность налогоплательщика (как организации, так и частного лица) определена в Налоговом кодексе РФ и Уголовном кодексе РФ. Эти два документа разъясняют какие именно экономические санкции предпринимаются в случае неуплаты налогов, а также – момент возникновения уголовной ответственности при неуплате налогов. Разберемся в этом вопросе подробнее. Сначала определим: какие именно бывают налоговые санкции.

Последствия фискальной политики

Даже относительно неплохие показатели доходной части бюджета, профицит и сравнительно невысокие расходы государства могут создавать сложности для экономики страны. И тем более эти сложности нарастают, когда речь идет о дефиците государственного бюджета, являющемся очень часто следствием стимулирующей фискальной политики.

Проблемы с государственным долгом. Хотя некоторые способы финансирования дефицита государственного бюджета могут показаться менее опасными, чем другие, нарастание задолженности создает проблемы с государственным долгом. Если дефицит небольшой, страна может его погасить в течение года или ряда благополучных лет. Когда же дефицит становится большим, риски дефолта возрастают, участники рынка все менее и менее охотно готовы приобретать ценные бумаги данного государства. Государство вынуждено увеличивать процент для стимулирования покупок государственных облигаций, и долг продолжает нарастать.

Читайте так же:  Критерии невменяемости и вменяемости в уголовном праве

Такое государство оказывается запертым в порочном круге задолженности: чтобы экономические агенты покупали государственные облигации, их доходность должна расти; рост доходности государственных облигаций возлагает дополнительную нагрузку на государственный бюджет, так что наступает момент, когда поступления от продажи сегодняшних облигаций полностью идут не на погашение накопленного государственного долга, а на текущие выплаты по вчерашним облигациям. Когда таких поступлений окажется недостаточно — а раньше или позже это обязательно произойдет, если пренебрегать основными макроэкономическими законами, — государство вынуждено будет объявить дефолт, отказавшись оплачивать собственные долги. Кроме того, повышение процента по облигациям государства толкает вверх все прочие ставки процента в стране, что создает эффект вытеснения частных инвестиций и неблагоприятный инвестиционный климат в целом.

Эффект вытеснения. С эффектом вытеснения мы уже сталкивались в предыдущих главах. Напомним здесь основные характеристики этого явления.

Эффект вытеснения проявляется в первую очередь на рынке денег и кредита как следствие роста ставки процента под давлением спроса на деньги со стороны государства (рис. 10.1).

Государственные инвестиции (или государственные заимствования) заменяют (вытесняют) частные инвестиционные проекты. Объем частных инвестиций в стране сокращается, хотя общий объем средств для инвестирования может расти.

[2]

Однако так как государственные инвестиции в целом менее эффективны и менее конкурентоспособны, чем частные вложения, изменение структуры национальных инвестиций сопровождается уменьшением мультипликативных возможностей экономики и, как следствие, рост ВВП будет менее значительным (рис. 10.2).

Таким образом, стимулирующая фискальная политика, увеличивая выпуск в краткосрочном периоде, подрывает экономический рост страны в долгосрочном периоде.

Рис. 10.1. Эффект вытеснения: рынок денег и кредита

Рис. 10.2. Эффект вытеснения: экономика в целом

Эквивалентность РикардоБарро оценивает воздействие дефицита государственного бюджета на будущие поколения. Рост дефицита означает увеличение государственного долга, для финансирования которого рано или поздно будущие налоги должны быть повышены. Повышение будущих налогов означает, что будущие сбережения в силу сокращения располагаемого дохода будут падать. И будущий запас капитала — инвестиций, соответствующих равновесному уровню будущих сбережений, — будет меньше. Меньше инвестиций — ниже экономический рост. И будущее благосостояние будущих поколений будет меньше. Так возникает эффект перекладывания бремени долга на будущие поколения.

Поскольку и когда население воспринимает эту цепочку взаимосвязей в экономике, то оно уже сегодня сократит свое потребление (хотя налоги сегодня еще не изменились), приспосабливаясь к возможной будущей негативной ситуации. Сбережения (и инвестиции) уже сегодня окажутся меньше. Поэтому дефицит государственного бюджета на самом деле не перекладывается на будущие поколения, поскольку его оплачивает сегодняшнее население.

В какой степени эквивалентность Рикардо — Барро выполняется в мировых экономиках?

Это зависит от степени развитости экономического мышления населения. В тех случаях (в тех странах и в те периоды времени), когда домохозяйства проявляют высокое осознание макроэкономических взаимосвязей и высокую заботу о будущих поколениях, ситуация развивается по сценарию Рикардо — Барро. Тогда же, когда экономическое образование индивидов недостаточно для полноценного восприятия экономической действительности и (или) забота о будущем уступает место сиюминутным краткосрочным целям, мы можем ожидать скорее перекладывания налогового бремени на будущие поколения, чем какого-либо другого поведенческого механизма.

Кривая Лаффера. К каким последствиям приводит изменение ставки налога? Означает ли уменьшение ставки налога сокращение налоговых поступлений в бюджет, а рост ставки налога — автоматическое повышение налоговых сборов?

Экономист Артур Лаффер разработал теорию, согласно которой взаимосвязь между ставкой налога на доходы экономических агентов и налоговыми поступлениями в государственный бюджет представляет собой перевернутую и- образную форму (рис. 10.3).

Рис. 10.3. Кривая Лаффера

Когда ставка налога невелика, ее увеличение сопровождается ростом налоговых сборов: более высокие доходы облагаются по более высокой ставке. Однако после определенного предела (на рис. 10.3 это величина t*) рост ставки налога оказывает негативное влияние на мотивацию работников и предпринимательские стимулы бизнеса. Превышение ставкой налога уровня, который экономические агенты расценивают как справедливый, ведет к сокращению регистрируемого выпуска. Фирмы уходят в «тень», предпочитая не регистрировать официально свою деятельность, либо преуменьшают объемы производства, продаж и прибыли. Работники либо меньше работают в целом, либо начинают требовать от работодателей заработной платы «в конвертах», соглашаясь на небольшую официальную оплату. Таким образом, налоговая база экономики уменьшается, налоговые сборы невозможно получить в полном объеме, поступления в государственный бюджет от налогов сокращаются.

И наоборот, когда налоги снижаются, это ведет к росту деловой активности и объему выпуска, поскольку более низкие налоги означают более низкие производственные издержки для фирм и более высокие стимулы к труду для индивидов.

Действительно, пусть функция налогов представлена в виде Т = гУ(с).

Найдем максимум данной функции, соответствующий цели фискальной политики государства — достичь максимальных налоговых сборов. Для этого рассмотрим первую производную налоговой функции по ставке налога:

Первая часть этого выражения всегда положительна, ставка налога тоже положительна У(г) > О, С > 0, а вот знак выражения аТ(г)/ск зависит от того, какие восприятия налога в экономике преобладают, стремятся ли фирмы и индивиды нарастить объемы выпуска или скрыть доходы от налогообложения.

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

Приравняв условие первого порядка к нулю и решая данное уравнение, можно найти оптимальную ставку налога, максимизирующую совокупные налоговые поступления в бюджет.

Источники


  1. . Якушев, А. В. Теория государства и права (конспект лекций) / А.В. Якушев. — Москва: Огни, 2000. — 192 c.

  2. Белецкий, А.С. Настольная книга судебного пристава-исполнителя / А.С. Белецкий. — М.: АСТ, 2015. — 881 c.

  3. Аношко, В. С. История и методология почвоведения / В.С. Аношко. — М.: Вышэйшая школа, 2013. — 340 c.
Углеродный налог особенности, значение и возможные последствия для экономики
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here