Рассказы бывших заключенных — чем кормят в российских тюрьмах

Самое главное по теме: "Рассказы бывших заключенных — чем кормят в российских тюрьмах" актуальное в 2019 и 2020 годах понятным языком для непрофессионалов.

Форум «Ассоциации жён и родственников заключённых»

Питание на зоне.

Питание на зоне.

Svetula » 24 фев 2012, 11:17

Питание на зоне и в тюрьме или кулинарная экскурсия на зону

Тюремная кухня

Сначала хотел написать про качество питания на зоне, но потом подумал и решил что необходимо рассмотреть этот вопрос немого шире чем просто вопрос о еде.Итак сначала рассмотрим чем кормят в тюрьме и на зоне:
Как кормят в тюрьмах Москвы:

Тюрьма(СИЗО) 77/3 Красная пресня

В принципе вполне нормально по тюремным меркам, могу судить по личному опыту сизо 77/3 Красная пресня 2004 год.С утра давали кашу и пайку хлеба,чай, на обед первое и каша(без наворотов) на второе, на ужин в основном или каша,гороховое с соей или если это лето или осень тогда возможно и тушеные овощи. Иногда давали рыбу например селедку причем в приличных колличествах 1 шт на человека, конечно не знаю ее происхождение но на вид, вкус и запах вроде была нормальная .

Тюрьма(СИЗО) 50/9 Капотня

Практически тоже самое что и на Красной пресне только супчики там мне больше понравились.
Как кормят в Московской области:

Тюрьма(СИЗО) 50/6 Коломна

Очень уютная тюрьма, кормят можно сказать на убой по сравнению с Московскими тюрьмами очень приличная кухня.Супы вообще заслуживают отдельного внимания практически домашняя еда столько мяса в супах я не видел больше нигде на тюрьмах, да и в остальном в принциме намного лучше чем в других тюрьмах где я был. Единственная проблема там это клопы конечно не во всех хатах(камерах) но в большинстве и в огромных колличествах.
Как кормят в Казани:

Тюрьма(СИЗО) ИЗ 16/2 Казань

По сравнению с Москвой ,а тем более с Московской областью терпимо но уже совсем не то.Качество пищи намного ниже, еще выводят из себя ежедневные шмоны ,так часто меня еще нигде не шмонали.
Как кормят в Ижевске:

[3]

Тюрьма(СИЗО) ИЗ 18/1 Ижевск

О жизни в исправительных колониях: рассказ бывшего заключенного. Заключение.

Публикуем заключительную часть интервью с бывшим заключенным о буднях исправительных колоний.

О других заключенных

К темнокожим в целом нормально относились. Правда, я за все время только одного видел. Он дрова тогда колол. Я только удивился.

Люди с психическими заболеваниями отбывают наказание вместе с остальными. У нас был один такой человек в отряде. Он в колонии постоянно ходил в очках от солнца. Его уже даже милиция не трогала. Мог разогнаться и удариться головой о стену. Давали ему что-то там весной и осенью во время обострений, но плохо помогало.

Был случай, когда пришел в лагерь новый заключенный. Побыл на карантине, сидим общаемся, а человек в очках поворачивается к нему и говорит: “Я тебя убью сегодня”. Ходили в санчасть, чтобы ему таблетку дали. Не убил никого, но было страшно.

К людям, которые отбывают наказание за наркотики, администрация относится жестче и режим у них тяжелый. Сидят отдельно от остальных. У нас для них было отведено два барака. Не выпускают никуда. Если мы могли куда-то сходить, к тем же ребятам в гости, то у них такой возможности не было. Как правило, это молодые ребята до 25 лет, а сроки у них лет по 10-12. Хотя среди других заключенных, они едва ли не элита. Деньги обычно есть. Мать или молодая жена последнее отдаст, чтобы ему нормально сиделось.

Люди разные сидят. Кто-то с 1998 года. Сел чуть ли не в Советском Союзе, а теперь телефоны, гаджеты. А у него уже ни здоровья не осталось, ни крепкой психики. Был человек, который из 14 лет отсидел 7, а потом пошел на Промзону и повесился. Кто знает, что было у него в голове?

А вообще, каждого человека можно съесть. И съедали. Свои же, не администрация. Все проблемы создают заключенные сами себе.

О работниках колонии

В каждом отряде есть отрядник и оперативный сотрудник. Оперативный сотрудник может быть один на два отряда. Это офицеры. Когда я был последний раз в ИК-11, оперативному сотруднику было 22 года, лейтенант. Для меня и еще примерно для половины отряда он считался нормальным, для остальных был плохим. Всем хорошим не будешь. В это время тот, кто был для меня плохим, считался нормальным для других заключенных.

Физическую силу сейчас не применяют. Называют на Вы. Уже научились.

По большей части кулак в зоне не гуляет. Вопросы решаются через определенных людей. Их называют блатными. Но тут и от милиции многое зависит. «Блатные» помогают поддерживать порядок и предотвращать рукоприкладство, поэтому обычно милиция в них заинтересована. Иначе будет так: сегодня я дам кому-то в глаз, а его жена позвонит в какой-нибудь департамент и завтра в колонию приедет проверка. Этого не хотят.

О зависимостях

Обычно в лагеря приезжают уже “чистые”. Я сам не раз из наркотической зависимости в тюрьме выходил “насухую”. Там это легче. С алкоголиками немного по-другому: им могут где-нибудь боярышника налить. Хотя если захотеть, то все можно найти. Было время, когда я и в СИЗО один пил водку.

Помню, году в 2013-2014 милиция нашла в холодильнике на зоне водку в стекле. Значит, милиционер и принес. Сейчас по-другому стало. Уже даже горсть семечек черных, которых нет в ларьке, тебе никто так просто не пронесет.

Но это все равно осталось. Ты знать не будешь, но оно есть. Надо искать выходы, но не факт что найдешь. Вот если у меня есть каналы (дорога), я могу пронести водку. Предположим, через водителей, которые провозят металлолом, но я знаю, что если расскажу об этом хоть кому-нибудь, пусть даже за 100 или 200 долларов, то ничего не будет. Думаю, что я бы смог пронести. Обычно носят работники колонии из гражданских. И администрация, как правило, в курсе.

[2]

Про переводы и проигравшихся

Переводят в другую колонию, если есть угроза жизни заключенного, если проигрался, подельники не должны сидеть вместе. Хотя каждый перевод для администрации – это тоже плохо. Для него нужны основания. Того, кто проигрался, перевод не спасет и деньги все равно придется отдавать. Тюремное радио очень быстро работает. По большому счету, будешь мыть тарелки и деньги можешь не отдавать.

Проигравшийся становится фуфлыжником. Если он мне проигрался, то я могу его даже продать. Вот должен он мне 300 долларов. Говорю кому-нибудь: “Вася, вот человек за 300 долларов”. Вася даст мне 300 долларов, а фуфлыжник будет Васе стирать и мыть тарелки. И он будет это делать. Может пойти в милицию, но тогда станет стукачом.

Отработать долг можно. В крайнем случае, ему могут поставить запрет на игру. Но это последняя стадия. Комнату будет мыть бесплатно. Может отдать посылку за долг, но фуфлыжником уже навсегда останется. Мыть больше ничего не будет, но если я сяду с ним играть, то не заберу деньги, если выиграю, потому что знал, что он фуфлыжник и сел с ним играть.

Читайте так же:  Уин при оплате госпошлины полная пошаговая инструкция

Об иерархии и авторитетах

Есть черные и красные зоны. Но тут все относительно. Считается, что черные и в Беларуси есть. Их элементы точно есть везде. Но часто всем руководит милиция, поэтому тут все сложно.

Никому этого не пожелаю, но разобраться в структуре зоны можно, только там побывав. Если у тебя есть деньги, то сидеть будешь с комфортом, хотя и не будешь считаться авторитетным. Авторитетный человек может сидеть с пачкой сигарет и коробком спичек, но к нему будет и милиция прислушиваться.

Ты приезжаешь на зону и подстраиваешься. Получаешь распорядок. Систему ты эту не сломаешь, потому что ей не один десяток лет. Адаптироваться не страшно. Обычный коллектив. Да, особенные условия, а в остальном все также.

Выше всех в иерархии находится вор. Воры по сути не сидят. Я придерживаюсь точки зрения, что в Беларуси вор сейчас один. За границей есть другие. Потом идут положенцы. Они сидят. В зоне обычно 1-2 положенца, но может и не быть совсем. Положенцы шагают от вора. От них идут бродяги. Это те же блатные, которые обычно решают проблемы. Если кто-то неправильно поступил, приходят блатные и могут завести его и побить, но не убьют конечно. В таком случае, человек будет знать, что получил за дело.

Блатные хотят попасть к вору и двигаются в воровскую семью к положенцам.

Дальше идут мужики, т. е. все остальные. Фуфлыжник тоже мужик. Он может и порядочный, но проигрался. Ты можешь с ним и чай пить и брать у него что-то, только не можешь с ним играть. Крысой считают того, кто украл.

Ниже всех стоят петухи.

О петухах и кружках

Туалеты моет петух. Каждый арестант платит ему за уборку. Стоит это, кажется, 10 сигарет. В сумме у него нормально выходит. Он и сидит за отдельным столом. Спит на отдельной кровати. Ты никогда ничего не возьмешь у петуха, можешь ему только что-то дать: сигареты, мыло. Если взял хоть что-нибудь, то автоматически становишься петухом. Он везде идет последним. В отряде таких людей может быть несколько.

Попадают в петухи по-разному: кто-то уже имеет клеймо, кто-то идет по статье за изнасилование, но здесь все неоднозначно, потому что разные бывают изнасилования. Человека никто не загонит в этот гарем, потому что точку должен поставить тот, кто имеет авторитет.

Обычно приходит кто-то со статьей за изнасилование и попадает “на кружки”, т. е. он ни к петухам не относится, ни к мужикам. По нему не поставили точку. При мне человек 4 года ждал своего разбирательства. Думаю, что это даже тяжелее, чем быть петухом. Брать у него тоже ничего нельзя. Этот человек разбирательства дождался, стал нормальным. И к нему начали по-другому относится.

В тюрьме есть правило, что нельзя в туалете поднимать никакие вещи, даже свои, если упали. Поднял – автоматически становишься петухом. Упала у кого-то зажигалка в туалете, он поднимает, а второй заключенный заходит в этот момент и видит, что тот поднял зажигалку. С деньгами не все так однозначно. Как бы их тоже поднимать нельзя, но деньги на зоне – это запрет, а запрет не парафинится, поэтому поднимать можно.

В целом, ты можешь поднять что-то и в туалете, если уверен, что сможешь это разогнать. Спросят, почему поднял, скажешь, например, что последняя зажигалка. В первый раз простят.

Короли на киче. Как живут зэки в российских тюрьмах

О том, что сотрудники ИТУ позволяют себе садистские «развлечения» не только в этой колонии, давно уже не секрет. В интернете с удивительным постоянством появляются кадры, снятые самими садистами, а в адрес надзирающих органов идут возмущенные письма от осужденных, их родственников и адвокатов. То тут, то там вспыхивают мятежи в лагерях, которые по-прежнему в обществе называют «зонами». Это еще со времен ГУЛАГа.

Но поводом для разговора послужили все же кадры нынешнего образа жизни страшного человека из совсем недавнего прошлого — Вячеслава Цеповяза, одного из авторитетов чудовищной банды Сергея Цапка, совершившей 19 убийств, в том числе семьи фермера Аметова в станице Кущевская в 2010 году. Они погубили даже маленьких детей, а одного из них, девятимесячного малыша, еще живым положили на гору трупов членов его семьи и сожгли. Обнаружилось, что банда многие годы вообще была в авторитете в Краснодарском крае, даже пробивала себе «легитимный» ход к руководству страны.

Источник фото: Wikipedia

И вот, что вылезло благодаря фотографиям и текстам бывшей супруги Цеповяза Натальи Стришней. Второй в иерархии в банде теперь уже покойного Цапка, Вячеслав Цеповяз с 2015 года очень славно проводит время в колонии строгого режима № 3 Амурской области. Это учреждение располагается в селе Среднебелая Ивановского района и содержит внутри своего охраняемого периметра 1067 заключенных, включая самого Цеповяза, осужденного на 19 лет и 10 месяцев лишения свободы и обязанного выплатить штраф 200 тысяч рублей.

Как живут другие заключенные, то есть те, кто не сидит за одним щедрым столом с кущевским бандитом, пока не известно, хотя для проверки туда уже срочно выехал весь состав управления ИТУ и надзирающие прокуроры. Но то, что Цеповяз и его близкий круг баловались довольно регулярно икрой, крабами и шашлыками за столом с крахмальной скатертью, уже известно всем, кто имеет доступ к интернету. Знают уже и то, что лично для Цеповяза строгий режим недействителен, на работу он уже давно не выходит по причине вдруг открывшейся инвалидности, ведет активную переписку с бывшей женой, приятелями и родственниками по SMS с различными номерами мобильных телефонов, звонит со стационарных телефонов — из кабинетов сотрудников ИТУ, неограниченно пользуется квартирами на территории лагеря для встреч с людьми, приезжающими с воли. Он, оказывается, уже обошелся бывшей жене в три миллиона рублей и продолжает требовать свою долю из активов предприятия, которое ей досталось после его осуждения. Она теперь этим недовольна до крайности. Вот и разместила в интернете кадры «курортной» жизни заключенных в колонии № 3, во всяком случае касающиеся ее бывшего мужа. По ее словам, она боится давления со стороны его приятелей и тех, кто был с ним «на киче» и теперь может приехать за ответом.

По словам руководства Генеральной прокуратуры и Следственного комитета, вольготная жизнь Цеповяза пришла к завершению: он в штрафизоляторе, а в отношении руководства колонии и даже самого управления ведется служебное расследование. Полагаю, выводы там будут сделаны до чрезвычайности строгие. Показательной жестокой порки и всему руководству пенитенциарной российской системы никак теперь уже не избежать.

Вообще, систему регулярно сотрясают коррупционные скандалы, громкие увольнения руководства, аресты, суды и разоблачения.

Вот недавние примеры: в период с 2010 по 2012 год случилось два скандала. Один из них был связан с закупкой ФСИН так называемой «интегрированной системы безопасности», деньги за которую были отправлены фирмам-однодневкам за рубежом, тут же расхищены, а из 17 объектов приобретенной системы заработали только два. Оказалось, что и сумма закупки была завышена на порядок. В этот же временной период обнаружилось, что покупка камер слежения в ИУ сразу в нескольких регионах России была осуществлена по договору с коммерческой фирмой лидера крупной преступной группировки и его сына. Бюджетные деньги и оттуда утекли. В ноябре того же года, то есть 2012-го, ФСИН России по завышенной цене закупила iPhone в количестве 26 комплектов. Для личного пользования руководства и близких к нему людей. Переплата при этом составила 200 тысяч рублей. Куда и кому ушли эти деньги, детально разбиралось следствие. К этим ярким коммерческим делам следует прибавить уже упомянутое в самом начале скандальное «шоу» с издевательством над заключенным в Ярославской колонии № 1.

Читайте так же:  Расчет при увольнении по собственному желанию порядок и сроки выплат

Но это лишь то, что дошло до СМИ, включая суд над бывшим главой ФСИН России генерал-полковником внутренней службы Александром Реймером, его замом по тылу генерал-майором внешней службы Николаем Криволаповым и директором ФГУП «Центр инженерно-технического обеспечения и связи Федеральной службы исполнения наказаний» Виктором Определеновым. Получили они немалые сроки, в том числе строгого режима (как Цеповяз за участие в банде убийц), и теперь будут наблюдать весь процесс соблюдения законности исполнения наказания уже изнутри. То есть не как прежде — снаружи, по периметру зоны и с позиций охраны, а не охраняемых. Несмотря на то, что это звучит несколько издевательски, на самом деле, вполне соответствует действительности.

И все же очень симптоматично то, что все эти скандалы возникли почти одновременно: от вскрытых растрат прошлых лет до групповых, «корпоративных», издевательств над заключенным и праздничных застолий убийц и лагерных «авторитетов».

Похоже, грядут серьезные перемены. Вот только, как они будут осуществляться? Мы раньше были на первом месте по количеству осужденных на 1000 человек (от населения страны). Теперь мы уступили это место США и Китаю. Но все равно сидельцев так много, а категории их стали настолько разнообразными, что вопрос реформ выглядит несколько пугающе. Внести принципиальные коррективы в это так же сложно, как, например, реформировать экономику государства. То есть каждому понятно, что без этого дело уже не пойдет, но и каждому столь же ясно, насколько этот груз тяжелый и дорогостоящий. Разумеется, это совершенно разные понятия, но объемность задач в такой огромной стране, как Россия, со всеми ее проблемами и тяжелейшей лагерной историей, их самым роковым образом роднит.

Источник фото: РИА «Новости»

Создается впечатление, что упомянутые скандалы в ярославской и в амурской колониях, несмотря на их фактические различия — в одном случае «вертухаи» устроили садистское светопреставление до пота и крови, а в другом — веселую вечеринку с икрой, крабами и шашлычком — имели одну цель. А именно: сомнительную романтизацию для узколобых новобранцев ВОХРа и ту же романтизацию для тех, кто все еще страшится попасть на «зону» за преступления, включая самые жестокие. То, что мы увидели в интернете, можно смотреть без конца и без края по всем каналам телевидения — в блокбастерах и серийных картинах о жизни в российских, американских, европейских и азиатских зонах. А главный вывод один, причем всегда: виновны «вертухаи», они самые отрицательные персонажи во всех сценариях. Их профессиональная «романтика» отвратительна и преступна, а сила и сплоченность заключенных (они же осужденные) победоносна и неодолима властью.

Тот же Цеповяз был на воле «авторитетом» с явными признаками «отрицаловки» (то есть не подчинявшимся строгим традициям блатного сообщества), но и здесь он и его деньги взяли верх над продажными «вертухаями», а значит, над законами страны. Если вновь взглянуть на оба случая разом, как бы слить это в один кадр — избиение одного из заключенных группой сотрудников учреждения и разудалое застолье с изысканными блюдами, которые не могут себе позволить на воле обычные труженики, то картина становится устрашающей.

Мы являемся свидетелями утверждения новой тюремной субкультуры, которая окончательно сводит между собой охрану и охраняемых в одном принципиальном значении: «один сидит внутри, другой — снаружи». С тех пор, как преступный ранг «вор в законе» стал коммерческим товаром, а правила поведения в блатной среде претерпели изменения в сторону современной «оптимизации» (как почти все в стране), то и изначально, исторически, подмоченная «репутация» вооруженной лагерной охраны превратилась почти в посмешище с такими отвратительными чертами, которые вызывают у общества особенно острые приступы брезгливости. А реформировать все это нет уже ни сил, ни средств.

По этой ли причине стали вылезать из туманного настоящего системы ФСИН все эти скандалы, либо есть нечто куда более конкретное и прагматичное, сказать пока трудно. Но то, что за высокий ранг «короля на киче», то есть в колоссальной системе исправительных учреждений (ФСИН), идет «месиво» со всех сторон — и с той, что охраняет, и с той, что охраняется, не остается ни малейших сомнений. Ведь вопрос в двух огромных кассах: госбюджет и «общак». Это, казалось бы, несколько упрощает проблему до самых примитивных оценок, если только не забывать, что-то и другое дает власть одной части общества над другой, а разница порой лишь в терминологии. Как, например, в привычном уже слове из блатного жаргона «беспредел» — мы его наблюдаем во всех проявлениях гигантской, чрезвычайно дорогой системы «исполнения наказаний».

Андрей Бинев, журналист, аналитик

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Рассказы о тюрьме. Отрывки из цикла Пермякия

О супруге начальника колонии. (Вижай)
Была у Анатолия Николаевича Вороновича жена, ее закрыли потом за избиение осужденных. Пьянь и бл#дь — выдающаяся, комлекцией как раз для неавтоматизированного составления вагонов с гравием на ж/д сортировочной, — годная, как дети в школу! На рожу иной бомж краше с Павелецкого вокзала столицы нашей Родины, а фигура у Рубенса на такую холста не хватило — ну шпалоукладчица на 9-м месяце, беременная тройней снежных людей. Кто видел тот или заикается или меня поймет.
Эта лярва и ментов била и зэков, обязательно любовника штатного. Воронович их нет-нет на УДО отправлял, чтобы значит ****ство подавить в зародыше. Но она кастинг на проверке и снова за свое. Годились все ,иной бы на пожизненное поехал, чем с тем бронетранспортером в постель укладываться. Вот такая вот романтическая история — про любовь блин с подробностями.

Там один контролер Валайский кстати, прапор — не вспомню наверное фамилию. Все пытался заочно с девушкой познакомиться. Ему даже местные чалдонские ****и давать отказывались по причине его тупости и негигиеничности. Вот он зэкам водку то носил, как шнырь в магазин бегал и все за адреса красавиц с большой земли. Ну и письмо напишет и бегает с ним по зоне, спрашивает у всех хорошо мол написал или нет, короче выдурили зэки у него письмо. Там снизу подпись (далее орфография автора) -«ЦЕЛУЮ ТЕБЯ В НИЖНИЕ ГУБЫ» Письмо по зоне долго гуляло, с ним менты из одной кружки не пили. Так и уволился тот долбак!

—Началнык, я того маму ****, ни одын палэн в тот эбучый пэчка не лэз! Оны эго х#ем пылыли да!? Ну и прочее.

Случай №2 — Показательный. Малолеток и взрослых автозаком в суд часто возят вместе. Сидит малолетка, кто то от делать нечего начинает интересоваться за «жили-были». Спрашивает и о беспределе, тот запоем расказывает о беспределе на малолетке, но (как обычно) утверждает, что у них то в хате этого нет. Едем прикалываемся, представитель поколения пепси ловит расслабон и выдает: -«А мы вот третьего дня с пацанами лампочку выкрутили в хате. Темно — ништяк, мы по шконкам и типо спим. «Старшой» орет с продола включите свет, буц-команду вызову. А мы лежим, кто включит тот пидарас.

Криминальные, тюремные истории с зоны

История от первого лица

За все время своей отсидки, мне встречались убийцы, насильники и прочие отморозки.

Были отмороженные до такой степени, что могли запросто прикончить человека в лагере, зная, что его ждет новый суд, одним словом «раскрутка» с большим довеском. Таких случаев, когда убийства совершались в колонии, мне пришлось увидеть несколько, о которых я рассказывал на своем сайте Уркаган, теперь выложу здесь на этом канале. Подпишитесь, тогда вы ничего не пропустите!

Читайте так же:  Продолжительность отпуска педагогических работников

Как только меня этапировали из тюрьмы в колонию, я увидел поразившую меня до глубины души картину. Я вышел из своего отряда и начал спускаться по железным ступеням, когда в ворота локального участка нашего барака заходила огромная куча народу, люди все прибывали и прибывали. Толпа состояла из заключенных, не было представителей администрации, зэки вели впереди себя избитого заключенного с табличкой на груди. На деревянной табличке было всего два слова: «Я крыса». «Крыса» шел, а точнее еле передвигал ноги, и все его лицо было изуродовано. По его виду, мне стало понятно, что наш отряд не первый, куда крысу ведут на бойню. Роба заключенного была в свежей крови, но самое ужасное в этой картине было его лицо: кровавое месиво, а с рассеченной брови на глаз сполз кусок кожи.

Некоторые из толпы были вооружены палками, как только кто-либо толкал его дубиной, то «крыса» громко кричал»

« Я крыса, бейте меня». Удары по зэку были частые, так как у изнеможденного и ослабевшего от избиения бедолаги не хватало сил кричать, но его заставляли крикнуть ударами палок, и он отчаянно старался выкрикнуть: «Я крыса, бейте меня».

Когда его затолкали в барак, мне уже стало известно, за что так страдает этот заключенный. Он украл пачку сигарет. Возможно, такая жестокость не была бы к нему предпринята, но он постоянно воровал и постоянно попадался. Он обычный клептоман, а у зэков, как и мусоров нет «скачухи» для таких людей. Эти люди, воруя в очередной раз, думают, возможно, в этот раз фартанет, он просто получает «кайф», когда украденное на короткое время оказывается в его руках. Но распорядиться украденным ему не удается. Шли всегда к нему, находили украденные вещи, кстати, много зэков его прощали, не поднимали шума. Но есть ведь «правильные», кровожадность которых, заставляла их бежать к «людям» в общий дом и «поднимать базар».

«Крысу» водят по баракам, где каждый порядочный или желающий может его бить сколько угодно. В ход могут идти палки, табуретки и т. д. все за исключением ног. Ногами бить не канает. Желающих размяться зэков, всегда находится большое количество, некоторые ходят за ним в каждый барак, наслаждаясь зрелищем, другие участвуют в садистском развлечении.

После таких избиений зэки долго не встают с нары, могут пролежать месяц. Вот и этот бедолага, в очередной раз отлежавшись, пошел в баню, где «прихватил» чью-то «мыломойку» — барсетка, где все банные принадлежности: мыло, мочалка, паста и пр. Конечно, его в очередной раз пытались побоями отучить от воровства, но толком не оклемавшись, он уже не смог выдержать адова круга, его сердце остановилось на третьем бараке.

Чем кормят в российских тюрьмах. Рассказывает бывший заключенный

Нет, мы не будем вам рассказывать официальную версию и приводить нормативы питания заключенных, они сильно отличаются от действительности. Мы хотим рассказать чем на самом деле питаются те, кто находится в СИЗО в ожидании суда, и, по сути, является еще не преступником, а только подследственным.

Пришлось довольно сильно напрячься и обзвонить всех знакомых в поисках кого-либо, кто бы мог прояснить ситуацию и разбирается в этом вопросе, так сказать, не понаслышке.

После недельных поисков, мне все-таки удалось пообщаться с человеком, бывавшем в местах не столь отдаленных. В свои 49 лет он имеет богатый послужной список и почти двадцать лет жизни провел по ту стороны колючей проволоки.

То, что тюремный рацион не отличается калорийностью и качеством, говорить излишне. Кормят, настоящими помоями, но выбирать не приходится.

Питание трехразовое, а ассортимент блюд ограничен несколькими позициями.

Черняга

фото с сервиса Яндекс Картинки

Черный хлеб из некачественной муки. Часто пекут его прямо на территории СИЗО в местных пекарнях. Делается это с целью удешевления.

От привычного хлеба у черняги только внешний вид. Вкус практически отсутствует, запах отвратительный.

Видео (кликните для воспроизведения).

Чернягу используют не только по прямому назначению.

Заключенные научились делать из него клей а также поделки, больше похожие на мини-скульптуры.

Сечка — так называемая каша, хоть и общего с ней не так уж и много.

фото с сервиса Яндекс Картинки

Проще говоря, это варево из крупы низшего сорта, фактически из отходов перловки или пшенки

Сечку дают на завтрак, обед и ужин. Варится исключительно на воде, но в обед, в нее добавляют немного масла.

Чтобы хоть как то разнообразить вкус, заключенные добавляют в нее приправы из макарон быстрого приготовления или из кубиков «маги»

Иногда, обычно в период каких-либо проверок или больших праздников, в сечку могут добавить мясо. Но обольщаться не стоит. Под мясом подразумевается обрез свиной шкуры, есть которую невозможно.

Баланда.

фото с сервиса Яндекс Картинки

Многие ошибочно думают, что так называется вся еда которую готовят в тюремных столовых, но это не так. Баландой в тюрьме называют первое блюдо, хотя и супом его назвать язык не повернется.

Как правило это похлебка с добавлением картофеля, лука и моркови. Периодически в нее добавляют либо соевое мясо, либо рыбу.

Соевое мясо еще куда ни шло, а вот рыба…..

Вот такой рацион в российских СИЗО.

фото с сервиса Яндекс Картинки

Есть еще очень чай, очень слабый, практически прозрачный. Иногда дают соленые помидоры зеленого цвета и капусту.

По словам нашего собеседника, на ЗОНЕ с питанием значительно лучше, но очень много воруют сотрудники и вместо мяса дают соевый заменитель, видимо самого низкого качества. Там и передач с воли заходит больше, и специальный продуктовый ларек есть. А вот в СИЗО все довольно плачевно и грустно.

Конечно, в разных изоляторах условия питания могут незначительно отличаться, но это общей картины не меняет.

Чем кормят в российских тюрьмах. Рассказывает бывший заключенный

Нет, мы не будем вам рассказывать официальную версию и приводить нормативы питания заключенных, они сильно отличаются от действительности. Мы хотим рассказать чем на самом деле питаются те, кто находится в СИЗО в ожидании суда, и, по сути, является еще не преступником, а только подследственным.

Пришлось довольно сильно напрячься и обзвонить всех знакомых в поисках кого-либо, кто бы мог прояснить ситуацию и разбирается в этом вопросе, так сказать, не понаслышке.

После недельных поисков, мне все-таки удалось пообщаться с человеком, бывавшем в местах не столь отдаленных. В свои 49 лет он имеет богатый послужной список и почти двадцать лет жизни провел по ту стороны колючей проволоки.

То, что тюремный рацион не отличается калорийностью и качеством, говорить излишне. Кормят, настоящими помоями, но выбирать не приходится.

Питание трехразовое, а ассортимент блюд ограничен несколькими позициями.

Черняга

Черный хлеб из некачественной муки. Часто пекут его прямо на территории СИЗО в местных пекарнях. Делается это с целью удешевления.

От привычного хлеба у черняги только внешний вид. Вкус практически отсутствует, запах отвратительный.

Чернягу используют не только по прямому назначению.

Заключенные научились делать из него клей а также поделки, больше похожие на мини-скульптуры.

Сечка — так называемая каша, хоть и общего с ней не так уж и много.

Проще говоря, это варево из крупы низшего сорта, фактически из отходов перловки или пшенки

Читайте так же:  Оформление дтп аварийным комиссаром без гибдд

Сечку дают на завтрак, обед и ужин. Варится исключительно на воде, но в обед, в нее добавляют немного масла.

Чтобы хоть как то разнообразить вкус, заключенные добавляют в нее приправы из макарон быстрого приготовления или из кубиков «маги»

Иногда, обычно в период каких-либо проверок или больших праздников, в сечку могут добавить мясо. Но обольщаться не стоит. Под мясом подразумевается обрез свиной шкуры, есть которую невозможно.

Баланда.

[1]

Многие ошибочно думают, что так называется вся еда которую готовят в тюремных столовых, но это не так. Баландой в тюрьме называют первое блюдо, хотя и супом его назвать язык не повернется.

Как правило это похлебка с добавлением картофеля, лука и моркови. Периодически в нее добавляют либо соевое мясо, либо рыбу.

Соевое мясо еще куда ни шло, а вот рыба…..

Вот такой рацион в российских СИЗО.

Есть еще очень чай, очень слабый, практически прозрачный. Иногда дают соленые помидоры зеленого цвета и капусту.

По словам нашего собеседника, на ЗОНЕ с питанием значительно лучше, но очень много воруют сотрудники и вместо мяса дают соевый заменитель, видимо самого низкого качества. Там и передач с воли заходит больше, и специальный продуктовый ларек есть. А вот в СИЗО все довольно плачевно и грустно.

Конечно, в разных изоляторах условия питания могут незначительно отличаться, но это общей картины не меняет.

Тюрьма и жизнь за решеткой

Содержание

Тайны тюремной кухни

Как известно, в 1990-е осужденные российских мест лишения свободы голодали (как и многие не осужденные законопослушные граждане РФ, кстати). Сейчас видимых проблем с питанием зеков вроде нет. Однако они все же случаются. Нередко из-за обычного головотяпства сотрудников. Нередко из-за их коррупционных действий. А ведь еда в зоне — сакральное понятие. Расскажем некоторые тайны тюремной кухни — в прямом и переносном смысле.

Как попадают в зоны и изоляторы продукты? Этим ведает Управление ФСИН конкретного региона. Хозяйственники в погонах должны подсчитать нормы и сделать заказы в оптовых магазинах и на базах.

Коррупционный момент начинается еще на этом этапе. Схема классическая. Объявляется тендер, но выигрывает его не та компания, которая предлагает лучшие цены и продукты, а та, которая готова платить Управлению «откат». Это в среднем 10-15% от суммы заказа. Так, в принципе, в России существует вся система госзаказа, поэтому нельзя подобную схему назвать изобретением именно тюремщиков.

Или же другой вариант: заказ передается компании, владелец которой имеет какие-то связи в Управлении: родственные, дружеские или прочие. Дальше в лес — толще партизаны. Потом компания, завозящая продукты по договоренности с фсиновцами, заменяет одни продукты на другие — более дешевые. Прибыль делится пополам. Вот сколько денег оседает в карманах тюремщиков еще только на первоначальном этапе когда продукты еще даже не дошли до спецучреждений. Но эти деньги – только для сотрудников Управления. А ведь еще на этой теме должны подзаработать сотрудники «на земле».

Итак, продукты поступают на склад, скажем, колонии. Все помнят скандал, когда выяснилось, что одну из армейских частей Российской армии кормили собачьими консервами. Не слышал, чтобы до этого додумались в пенитенциарной системе. Однако в целом и «на земле» схема подмены продуктов на более дешевые весьма развита. Закупаются продукты дешевые — более дорогие реализуются. Опять-таки, или через посредников, или, если «хозяин» предприимчивый, то прямо с какой-нибудь торговой сетью или магазином. Бывают, конечно, и совсем наглые варианты.

По нашим данным, в одну колонию поступило несколько тонн курятины. Через несколько дней начальник ИК сообщил в главк, что у них сломался холодильник, а поскольку стояла страшная жара, мясо быстренько протухло. Управление, конечно, кое-что заподозрило. Затребовали хоть какие-то документы на уничтожение курятины — их не оказалось. Ревизоры из главка выехали на место. Им так и не показали «могильник», где якобы были сожжены протухшие куры. Не дождались они и внятных объяснений, почему в колонию не были вызваны соответствующие санэпидслужбы. Ведь это их прямая обязанность — вывезти и уничтожить испорченное мясо согласно соответствующим правилам. Короче, скоро стало ясно, что местный «хозяин» курятину куда-то реализовал, а с главком не поделился. Это, конечно, обидно. Сейчас, дабы сохранить свою должность, «хозяин-беспредельщик» платит деньги кому следует. Чтоб простили.

Лучше всего кормили при царе-батюшке

Еще с голодных 1990-х повелось, что при первой же возможности администрации спецучреждения стараются разводить домашних животных и устраивать свои огороды, а то и плантации. Разводят кроликов, выращивают огурцы и зелень. Как правило, эти мясо и овощи идут на стол лишь сотрудникам этих учреждений. Бывая в журналистских командировках в зонах, я всегда удивлялся — какой «коммунизм» царит в столовых для офицеров. Порции большие, а стоит все — копейки. Скажем, отбивная с пюре стоила 19 рублей. Может быть, так и не везде, но где есть своя ферма и огороды – зачастую.

Что же касается пищи для осужденных, то в последнее время ее качество и разнообразие повысились. Хотя лучше всего зеков, как известно, кормили в царское время, тогда полагалось одного мяса 150 г, да еще и выдавалось сало. Сейчас основа меню — хлеб (полкило в день), картофель (также полкило) да крупы.

Многие колонии имеют свои мини-пекарни. О, какой там вкусный хлеб получается: с магазинным — никакого сравнения! Свежий, мягкий, с ароматом. А вот в зековских столовых царит въевшийся неприятный запах. Аппетит как-то уходит сам собою. Алюминиевая посуда также не добавляет эстетики процессу принятия пищи. Едят зеки быстро, почти молча.

Еда с перерывами на секс

Однако далеко не все осужденные ходят в столовую. Если у человека хороший «грев» с воли, то он готовит себе в бараке сам на плитке. Это, конечно, не очень поощряется, но сотрудники, что, звери все, что ли.

И в гробу такой зажиточный зек видал положняковую кашу из сечки. Затариться можно и в тюремных ларьках. Сейчас и там отмечается разнообразие, есть даже шоколад. Так что — были бы деньги. Точнее, счет, куда они переводятся за работу. Вот только часто самой работы в зоне днем с огнем не сыщешь. Но это уже отдельная тема.

Особый праздник — это трехдневное проживание в гостинице при длительном свидании. Наблюдал там очереди к плите. Жены (подруги) готовят-готовят, а их осужденные мужья (бойфренды) едят-едят только с перерывами на секс. Конечно, успеваешь соскучиться по домашней еде и изысканным блюдам. В основном, как я заметил, жены готовят мясо, да пожирнее, обычно свинину. Да с картошечкой!

Игорь Егоров, бывший сотрудник ФСИН России:

— Осужденные сегодня с голоду не умирают. Пища, которую они принимают, простая, но калорийная. Конечно, не хватает витаминов. Но ведь они же не на курорт приехали!

А вот несовершеннолетние осужденные вообще питаются отлично. Зачастую в своих семьях с родителями-пропойцами они такого разнообразия продуктов и не знали. Так что даже набирают вес, растут. Им полагаются фрукты и кисломолочные продукты. Что же касается женщин, то их рацион особо от мужского не отличается.

О воровстве продуктов. Тут, сами пони маете, все зависит от начальника, честный он человек или пройдоха. Конечно же, всегда есть возможность сбагрить продукты налево. Все-таки прокурорские ревизии редки, да и весьма формальны. Но массового воровства нет, поверьте. Иначе бы зекам просто не хватило продуктов. А они сейчас грамотные и продвинутые: свои права знают и пишут, если что не так, и в прокуратуру, и Страсбургский суд, и Путину, и Бараку Обаме.

Читайте так же:  Преступления против человечности — понятие и признаки

Как-то был случай. По чисто техническим причинам в колонию не поступили яйца. А осужденные их очень любят, ведь от каши устаешь. Так они чуть бунт из-за яиц не устроили! Пришлось закупать их в срочном порядке!

В принципе, как я уже говорил, никто не голодает, но в недрах ФСИН родилась идея несколько разнообразить рацион осужденных и существенно улучшить рацион следственно-арестованных. Все упирается в финансирование. Но поскольку Минюстом уже давно взят курс на либерализацию пенитенциарной системы, думаю, рано или поздно мы будем кормить осужденных достойно. Не так, как в Швеции или Дании, но достойно.

Евгений Соломонов
По материалам газеты
«За решеткой» (№9 2011 г.)

Чем кормят российских заключенных и кто на этом «кормится»

Несомненно, питание в российской зоне за последние два десятилетия стало лучше. Да и контингент в значительной степени поменялся. В связи с этим изменились и способы прокормиться в тюрьме. Поэтому российские заключенные были и будут неплохим инструментом для зарабатывания денег на простых человеческих потребностях — поменялись лишь получатели прибыли.

Государство взяло на себя обязанность кормить всех заключенных. Поэтому основным и для многих единственным способом не умереть с голоду в российской тюрьме были и остаются столовые. Кулинарные способности поваров в российских тюрьмах, которые, стоит отметить, тоже из числа сидельцев, очень различны. Также различны и виды продуктов, используемых при приготовлении пищи.

Фото: Алексей Абраменко / CHITA.RU

Столовые

В России остались лишь считанные единицы колоний, которые самостоятельно закупают продукты питания. Как правило, все поставки централизованные; по определенным группам продуктов этим занимаются региональные управления, по остальным — федеральные.

Российские тюрьмы подпадают под закон о госзакупках, и все продукты закупаются через аукционы и конкурсы. Однако после заявлений некоторых ФСИНовских генералов о том, что зона должна кормить себя сама, часть продукции поступает с собственных производств и из соседних колоний.

Тюремная пищевая промышленность ориентирована на производство консервированных овощей — свеклы, лука, капусты. Встречаются и сухие овощи, поставляемые в мешках.

Если говорить о хлебе, то он, как правило, всегда печется либо в самой колонии, либо привозится из ближайшей.

По закону в рационе должен быть такой продукт, как мясо. Однако качество поставляемого мяса оставляет желать лучшего. Количество жира, соединительных тканей и костей в нем очень велико, поэтому его можно использовать разве что для бульона. Но и такого мяса в колонии поступает все меньше; как правило, его заменяют консервами.

Совсем тяжело в колониях со свежими фруктами и овощами, их там практически нет. Хорошо, если в сезон завезут яблоки, но это редкость.

Еще тяжелее обстоят дела с диетическим питанием. Вместо положенного сока дают сухофрукты, вместо овощей — томатную пасту.

Администрация колонии имеет право отходить от установленного набора продуктов — так называемая замена законом предусмотрена. Однако ситуация такова, что эти замены происходят каждый день. Складывается впечатление, что даже закупки формируются именно с учетом замены продуктов.

Передачи

В условиях, когда заключенный не получает положенного набора продуктов в столовой, у него есть шанс получать передачи от своих близких. Однако количество передач ограничено, перечень разрешенных продуктов — тоже. Правда, есть осужденные, которые иногда по доброй воле, а иногда и по принуждению объединяются с целью обхода ограничений количества передач. В колониях всегда есть осужденные, которым никто не шлет посылок и передач, поэтому они становятся техническими получателями посылок для других осужденных.

Магазины

При каждой колонии есть магазин. Осужденные имеют право в зависимости от режима исправительного учреждения тратить определенную сумму со своего счета в колонии на приобретение продуктов питания и предметов первой необходимости.

Магазины всегда были очень удобным инструментом, с помощью которого администрация управляет заключенными. Очередь посещения магазина всегда распределяют по отрядам. Самый полезный для администрации отряд идет в магазин первым после завоза нового товара, затем рабочие отряды, пенсионеры и инвалиды, а последними — отряд строгих условий содержания, штрафной изолятор и помещения камерного типа.

В «ларьке», как правило, есть все то, что не попадает в рацион в столовой, — свежие овощи и фрукты, молочная продукция, колбасы, майонез, конфеты и даже мороженое.

Несколько лет назад магазины вывели из подчинения колониям. Теперь в России есть не более десяти никому не известных ООО, которые осуществляют поставки во все колонии. Согласно условиям конкурса, они не имеют право делать торговую наценку более 30% от закупочной цены. Как правило, устанавливается именно 30-процентная наценка. Исключения — только для табачных изделий, где максимальную цену обязаны прописывать на упаковке.

Остается только догадываться, проверяет ли кто-нибудь закупочную стоимость товаров. Зачастую цены как раз на те же 30% выше средних цен в розничной продаже для населения. Магазины остаются и будут оставаться монополистами в колониях.

В связи с ростом цен по стране появилась инициатива повысить максимальный размер трат денежных средств осужденными в месяц. Инициатива хорошая, правда, большая часть средств уйдет этим самым ООО, которые обеспечивают работу внутриколониальных магазинов.

Эти же самые фирмочки обеспечивают и работу магазинов для родственников. Человек может прийти и выбрать продукты и товары, оплатить их, и они будут переданы осужденному в качестве передачи. Спрос в таких магазинах обеспечивается не выгодными ценами — они такие же, как и внутри колонии, на 30% выше средних в регионе. Но, к примеру, купленные в таких магазинах сигареты не надо вытаскивать из пачек и складывать в пакеты, конфеты можно не вытаскивать из оберток, консервы не требуется вываливать из банок в пакеты. Условно законный способ отъема денег у населения.

Кафе в колониях

В последний год часто стали появляться новости об открытии кафе для осужденных, в которых можно заказывать привычные блюда «с той стороны забора». Дело в том, что в колониях все больше людей, у которых достаточно денежных средств на счете. Передач и магазина им недостаточно, ведь полноценного горячего питания через них не получить, а еда в столовой явно их не устраивает. Так и стали возникать кафе для осужденных на территории самих колоний, куда в перерыве между работой можно прийти и поесть вполне себе приличные блюда. Правда, кроме социального расслоения, это ни к чему не приводит, но это своебразный бизнес — если есть спрос, то должно создаваться и предложение.

Видео (кликните для воспроизведения).

Поэтому российские заключенные были и будут неплохим инструментом для зарабатывания денег на простых человеческих потребностях — поменялись лишь получатели прибыли.

Источники


  1. Марчалис, Николетта Люторъ иже лютъ. Прение о вере царя Ивана Грозного с пастором Рокитой / Николетта Марчалис. — М.: Языки славянской культуры, 2017. — 870 c.

  2. Скворцова, М.В. Англо-русский словарь сокращений. Бизнес, банки, финансы, статистика, экономика, юриспруденция / М.В. Скворцова. — М.: Филоматис, 2014. — 527 c.

  3. Малько, А.В. Теория государства и права / А.В. Малько. — М.: ЮРИСТЪ, 2000. — 304 c.
Рассказы бывших заключенных — чем кормят в российских тюрьмах
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here